Рубль

Золотовалютные резервы России размещаются за рубежом на невыгодных условиях. Чиновники, заливаясь слезами, отправляют детей на «бездуховный» Запад, в «логово геев и педофилов». И то, и другое — звенья одной цепи.

Вкладываемся в евро

На 7 февраля 2020 года золотовалютные резервы России составляют 562,2 млрд долларов — это примерно треть ВВП России, то есть в четыре раза больше, чем в пресловутом Фонде национального благосостояния. 19% из них, то есть почти одна пятая, — это монетарное золото. 40% — иностранные государственные ценные бумаги. 28,5% — депозиты. 7% — негосударственные иностранные ценные бумаги. 3% — бумаги международных организаций. Остальное по мелочи — сделки обратного РЕПО, валютные долги и так далее.

Если говорить о валютах, то больше всего русских активов номинировано в евро — 30,6%, чуть меньше в долларах. Доходность пакета евро за год составила -0,2%. Это минус 344 миллиона долларов — столько Россия заплатила за год просто за право иметь свои деньги в евро. Другие валюты дают плюс, максимальный — 3,85% в юане, который, однако, сильно подвёл нас годом ранее: только за второе полугодие 2018 года Россия потеряла на вложениях в юань 1,5 млрд долларов.

Но, может быть, так надо? Тем более что в целом, повторимся, наши инвестиции дают небольшой плюс, в совокупности порядка 1,5% годовых. Так вкладывает деньги Центробанк.

Купить дорого, продать дёшево

Русскими деньгами за рубежом распоряжаются сиамские близнецы — Минфин и Центробанк, — и не всегда можно разобрать, кто за что отвечает. Общеизвестно, скажем, что в сложные моменты Центробанк очень активно ведёт себя на валютном рынке: скупает рубли для поддержания курса национальной валюты или продаёт рубли за иностранную валюту для пополнения резервов. Но в статистике ЦБ вы этих данных не найдёте — сделки совершаются по поручению Минфина, к нему и вопросы.

Так вот, пока Центробанк получает на наши деньги полтора процента, Минфин, в свою очередь, берёт деньги в долг. Летом 2019 года он выпустил ценные бумаги под 3,95% и 4,3% годовых. Ещё раз. Наше государство — а Центробанк, хоть и не совсем является его частью, управляет государственными деньгами — инвестирует, например, доллары под 1,84% годовых. В это время Минфин берёт в долг точно такие же доллары, вообще ничем не отличающиеся, под 4,3% годовых. В марте 2018-го был небольшой выпуск облигаций и под 5,1%.

Как ни крути, это вывод государственных средств. По глупости или по предварительному умыслу?

Вложения повышенного риска

О том, как именно вывозит наши деньги из страны Центробанк, мы писали недавно. Золото мы храним в собственной стране (и это прекрасно, Германия и Венесуэла многое могут рассказать о том, как трудно получить собственное имущество из чужих закромов), а вот деньги — увы. Скажем, в прошлом году Россия очень энергично вложилась во французские активы: ещё 1 апреля мы держали там 11,6% своих запасов, а 1 июля — уже 15,4% (более поздних данных нет — для исключения влияния на рынок ЦБ оперативно публикует только общий объём запасов, остальное — с полугодовой задержкой).

Разница велика — более 20 миллиардов русских по своей сути долларов (точнее, разных валют, пересчитанных в доллары). Благодаря этому французы обошли китайцев и немцев, заняв первое место на пьедестале почётного хранения русских денег. А кто деньги хранит, тот ими и пользуется на протяжении всего времени хранения.

После этой «большой тройки» наших как бы партнёров следуют Япония, США и Великобритания. Причём США ещё два года назад были лидером, но потом Россия образцово-показательно вывела средства из американских долговых расписок «трежерис» и… перевела их в Германию, Францию и нежно любимую Великобританию.

Эти деньги остаются нашими, безусловно. До поры до времени. Если отношения обострятся — а большинство указанных стран наложили на нас санкции и препятствуют развитию нашей страны, — мы останемся с прекрасными долговыми расписками — единицами и нулями в компьютерах Центробанка и Минфина.

Фактически наши золотовалютные резервы являются заложниками наших отношений с Западом. И не только они.

Не деньгами едиными

Вообще, заложник — исключительно ценный актив, часто недооцениваемый экономистами. А вот более близкие к народу граждане, например, террористы или простые грабители, хорошо понимают: сколько бы ни было у тебя соратников, оружия, техники, ты всё равно обречён в столкновении с властями, если не догадался взять заложников.

В «народном голосовании» на популярном сайте Anekdot.ru 20 февраля второе место занимает короткий анекдот:

«Лучшая система ПРО Европы и США — это дети и имущество российских казнокрадов и олигархов».

Поэтому древние и средневековые правители практиковали элегантный способ превентивного решения проблем: в качестве заложников требовали к своему двору сыновей партнёров или вассалов. Молодые люди жили в роскошных условиях, получали отличное образование, но каждый из них хорошо знал, что если их отец поведёт себя как-то не по понятиям, то очень скоро начнёт получать с нарочным разнообразные части своего отпрыска. Сперва символически — пальцы и нос, — потом что-то посерьёзнее.

Этот обычай в слегка изменённом виде дожил до нашего времени. Совсем ещё недавно (по историческим меркам) в СССР присылали своих детей на учёбу африканские, а когда и азиатские социалистические князьки. А сейчас уже российская элита массово отправляет детей получать европейское и американское образование. Даже формально вернувшись, эти дети (часто особо патриотичных родителей) живут в лучшем случае на два дома и, уж конечно, имеют имущество за рубежом.

Когда Запад начнёт бомбить Россию, эти люди не нажмут кнопку отпора. Они уже вывели туда чужие деньги и своих детей. Самым защищённым в мире от русской бомбёжки городом является сейчас не Москва, а Лондон.