гетман фрегат вмсу флоь

13 мая в России отмечался День Черноморского флота. А в конце мая 1997 года между Российской Федерацией и Украиной был заключен договор, определяющий правовой статус Черноморского флота (ЧФ). Этому событию предшествовали пять лет межгосударственных переговоров, и все это время флот фактически оставался в составе ВМФ России.

Как единодушно признают сами военные моряки, сохранить Черноморский флот для России во многом удалось благодаря принципиальной позиции и решительным действиям адмирала Игоря Касатонова, который с сентября 1991 по сентябрь 1992 года командовал Черноморским флотом. Позже, вплоть до 1999 года, он был первым заместителем Главнокомандующего ВМФ России.

В интервью радио Sputnik Игорь Касатонов вспоминает о самых трудных для ЧФ первых неделях и месяцах после распада СССР в декабре 1991 года.

«Не было никаких действий, которые могли остановить Украину от попытки насильственного захвата воинских частей, попыток разложения личного состава, переманивания офицерского состава. Они пытались «уломать» офицеров и реализовать свой замысел захвата флота явочным порядком, не договорно-правовым, а явочным. С учетом пассивности тогдашнего российского руководства. Но это не получилось», – рассказывает Игорь Касатонов.

Не получилось, по его словам, в первую очередь благодаря стойкости личного состава флота, прежде всего – офицеров.

«Украина избрала с учетом того, что почти 95% флота оказались в Крыму и на ее территории, инструмент переприсягания. Мол, присягните, и все будет, как было. Эта авантюрная идея была рассчитана на то, что народ смалодушничает, упрется в бытовые блага, не захочет уезжать и так далее. Но они забыли, что для черноморцев всегда были святы традиции, святы исторические коллизии, в которых рос и мужал Черноморский флот. В том числе и в первую очередь такие приоритеты были у офицерского корпуса. И попытка раздробить офицерский коллектив потерпела неудачу», – сказал Игорь Касатонов.

Как он вспоминает, тогда, в первые недели 1992 года, поддержка из Москвы была очень слабой.

«Естественно, перед тем, как отдавать какие-то приказы, я очень глубоко оценил обстановку, но посоветоваться, честно говоря, было не с кем. Я вам скажу, что руководство в Москве занимало исключительно пассивную позицию. Ни до кого нельзя было дозвониться. Сначала говорили: «соблюдайте спокойствие, не поднимайте панику». А как? Забирают же все… Политически и в правовом отношении уже «новые украинцы» подготовились очень хорошо. Они проработали законодательную базу, в какой-то степени социальные вопросы, ну и опирались на свои наработанные структуры, националистический аппарат, идеологическую базу. Наобещали столько…», – вспоминает Игорь Касатонов.

В этой обстановке командующий флотом принял решение всю ответственность взять на себя.

«Кому присягать – решали моряки, приказа сверху никакого не было. И вот, с учетом полной неопределенности я отдал прямой приказ. Во-первых, что мы не подчиняемся украинской власти, мы – инструмент бывшего Советского Союза, а его правопреемницей является Россия. Поэтому мы как флот, базирующийся в четырех республиках, замыкаемся на Россию. Поэтому украинской присяги не принимать, украинских эмиссаров никуда не допускать и заниматься своими обычными делами, в политической деятельности не участвовать. И все должно быть сконцентрировано в управлении штаба флота, из которого я руководил всеми процессами…», – рассказывает Игорь Касатонов.

Какая-то определенность, по его словам, наступила к августу 1992 года.

«Когда Кравчук с Ельциным 3 августа договорились, что флот нужно делить, что-то отдав Украине, но при этом оставив ЧФ России в Севастополе, тогда настало время переходного периода для наработки позиций государственными делегациями. Переговорный процесс длился почти 5 лет. И только в конце мая 1997 года был заключен договор, где был определен правовой статус флота. Часть кораблей, которые были сверх 50%, Россия выкупала, Украине доставалось 18%. То есть, все остальное, будучи выкупленным и поделенным, доставалось России. И 12 июня 1997 года состоялся подъем на кораблях Андреевского флага», – вспоминает Игорь Касатонов.

Новый этап истории флота начался в 2014, после возвращения Крыма и Севастополя в состав России.

«Черноморский флот до возвращения Крыма в состав РФ жил не так просто. Но это было настоящее оперативно-стратегическое соединение, которое решало задачи не только в Черном море, но и в Средиземном. Сейчас, уже в новых условиях, флот год от года совершенствует свой боевой состав, постепенно переходит к кораблям, подводным лодкам четвертого поколения, как и все наши флоты, совершенствует вопросы межвидового взаимодействия. Укрепляет и сухопутное направление в районе северной части Крымского полуострова, активно участвует в вопросах, которые связаны с охраной мест строительства моста через Керченский пролив. Кроме того, флот участвует во всех процессах, в которых принимают участие наши вооруженные силы, в том числе группировка наших сил в Сирии. И Черноморский флот по-прежнему является гарантом стабильности и мира в Черном море и восточной части Средиземного моря», – заключил Игорь Касатонов.

comments powered by HyperComments