газ

Сообщение о прибытии американского танкера со сжиженным газом для Украины в польский Свиноуйсце несколько часов продержалась в топе новостей — кто-то, кажется, даже успел объявить это началом нового этапа энергетической независимости Украины.

…В непростых «газовых» взаимоотношениях России с Украиной и Польшей каждую историю часто рассматривают в отдельности. В то время как правильней было бы рассматривать ситуацию в комплексе, как треугольник.

Говоря проще, российская тактика и стратегия в газовой политике должна учитывать игру на противоречиях между, казалось бы, дружественными Польшей и Украиной. Что имеется в виду? Сюжета здесь два, и они, разумеется, взаимосвязаны. Во-первых, это транзит газа. Во-вторых, поставки газа в эти страны.

Начнем с транзита. Общим местом (ранее мы уже делали эти оценки) считается тот факт, что после запуска всех обходных газопроводов на украинский газотранспортный коридор придутся незначительные объемы транзита. Этот коридор понадобится для балансировки неравномерностей спроса в случае роста экспорта и других задач. Но он станет скорее вспомогательным.

Однако следует помнить, что в «базовом» комплекте транзитных мощностей, которые обеспечивают необходимый объем экспорта российского газа, находится и белорусско-польский коридор (в основном это газопровод «Ямал — Европа», 33 миллиарда кубометров в год). Этот маршрут удобен для «Газпрома» по нескольким причинам. Во-первых, это прямой и короткий коридор. Во-вторых, с учетом того, что «Газпром» уже давно является владельцем белорусских газовых сетей, выгоды для российской стороны становятся еще очевидней. Однако не стоит забывать, что далее газопровод переходит в Польшу. Старый транзитный контракт скоро заканчивается, и Польша уже заявила, что намерена повысить стоимость транспортировки российского газа. Контракт на транзит, согласно сообщениям СМИ, истекает в мае 2020 года.

Польским участком газопровода управляет компания Europolgaz, по 48% в которой принадлежат «Газпрому» и государственной польской нефтегазовой компании PGNiG. Между сторонами уже не раз возникали конфликты и споры, в том числе и по вопросам тарифа. Конечно, какой-то полной самодеятельности здесь не будет, все же польская газотранспортная система работает в рамках общеевропейских правил. Тем не менее Польша в последнее время уже многократно показывала, что способна нам придумывать проблемы даже в рамках европейского законодательства.

Вероятно, к этой теме еще придется вернуться в ближайшее время. Пока же зафиксируем, что нам предстоит новая дискуссия по транзиту через польский коридор. А значит, в этом контексте «Газпром» заинтересован сохранить украинский коридор хотя бы для того, чтобы оставалась возможность альтернативы и торга с польской стороной.

Если же смотреть на еще более отдаленную перспективу, то интрига выглядит более многоплановой.

Как известно, Польша на днях, согласно правилам, уведомила «Газпром», что не будет продлевать контракт на поставку газа, который заканчивается через три года. Это официальное сообщение, но и ранее говорилось, что страна отказывается от поставок российского газа (десять миллиардов кубометров ежегодно). Компенсировать эти объемы планируется СПГ (терминал Свиноуйсце мощностью пять миллиардов кубометров уже работает, рассматривается возможность его расширения), трубой из Норвегии (газопровод Baltic Pipe, мощность десять миллиардов). Однако, хотя по мощности новая труба из Норвегии полностью эквивалентна российским поставкам, есть основания сомневаться, что к концу 2022 года удастся найти газ для полного заполнения Baltic Pipe, даже если газопровод успеют достроить. В таком случае Польша вновь вернется к российскому газу, причем получать она его сможет даже без каких-либо договоренностей с «Газпромом». Почему?

Участок газопровода «Ямал — Европа», который проходит по польской территории, работает по европейским правилам. А значит, польская сторона может просто отбирать газ из транзитной трубы, разумеется, по согласованию с конечным покупателем на конце трубы в Германии. Это тот самый «виртуальный реверс», вокруг которого было много шуток и споров в контексте украинского транзитного коридора. Но украинская ГТС не работает по европейским правилам, поэтому «Газпром» мог не допустить использования этой схемы. В Польше же для такого отбора есть все основания.

Если по каким-либо причинам «Газпрому» по окончании контракта на поставку газа понадобится не допустить отбора Польшей газа из транзитной трубы (например, чтобы иметь свои аргументы при договоренностях по стоимости транзита), необходимо снизить экспорт по этому направлению (чтобы газа хватало только потребителям на конце маршрута), но тогда объемы необходимо компенсировать на другом маршруте. А единственный такой альтернативный маршрут — украинский.

Второй аспект касается самой Украины. О возможном возврате к прямым поставкам газа из России на Украину последнее время много говорится. Известно, что «Нафтогазу» предлагается и скидка в 25%. И тут тоже можно найти связь с польским сюжетом.

Дело в том, что Варшава давно вынашивает планы стать газовым хабом в Европе. И действующий, и новые проекты терминалов по приему СПГ, строительство газопровода Baltic Pipe из Норвегии, а когда-то были и планы по собственной добыче сланцевого газа — все это подчинено в том числе и указанной цели.

Однако кому продавать газ польского хаба? Вокруг страны, сами желающие стать такими хабами, ровно как в шутке про «трех гетьманов». На западе от Польши — Германия, которая хочет распределять потоки импортного газа и, собственно, после запуска «Северного потока — 2″ таким хабом становится. На востоке — Литва, у которой свой терминал по приему СПГ и которая хочет стать мини-хабом для прибалтийских стран. Остается Восточная Европа, поэтому большие надежды Польша возлагает на реэкспорт импортируемого СПГ на ту же Украину. И тут, конечно, отказ от реверсных схем и переход к импорту газа из России, да еще и со скидкой, закрывает для Польши эти возможности.

Итого.

Во-первых, прямые поставки газа на Украину со скидкой, если они состоятся, — это не только «плата» за сохранение украинского коридора исключительно в необходимых России объемах, но и элемент более сложной комбинации в контексте взаимоотношений с Польшей. В самом широком смысле прямые поставки российского газа на Украину — это в первую очередь закрытие проекта по полной интеграции украинской газотранспортной системы в европейские сети.

Во-вторых, то же касается транзита. Если мы увидим слишком большие объемы украинского транзита в новом кратко- или среднесрочном договоре, это не стоит воспринимать сверхкритично. Возможно, данные дополнительные объемы понадобятся уже в ближайшее время, когда закончится контракт по польскому транзиту.

Конечно, бесконечно поддерживать (и по сути оплачивать) оба маршрута не представляется правильным. Однако в среднесрочной перспективе (пока обходные газопроводы еще не готовы, а новых договоренностей с Польшей нет) такая схема выглядит вполне рабочей.