Трамп

Завершающая стадия процесса, в рамках которого американские демократы пытаются добиться смещения Дональда Трампа с должности президента, сопровождается крайне жесткими заявлениями с обеих сторон вашингтонского политического спектра. Выступая с финальным обвинительным словом, председатель комитета по разведке конгресса США Адам Шифф выложил последний козырь: по его оценке, если президента не убрать с должности прямо сейчас, то это будет означать, что ему позволено все, причем в самом буквальном смысле.

И в качестве примера того, чем Дональд Трамп может немедленно заняться после вынесения оправдательного приговора, в сенате был приведен конкретный пример — Трамп «может предложить Аляску России в обмен на поддержку на следующих выборах». В качестве второго примера того, чем может заняться президент в том случае, если избежит импичмента, был приведен сценарий, в котором он передает фактическое управление страной своему зятю Джареду Кушнеру.

Попытка как следует напугать сенаторов (и опосредованно — американских избирателей) может быть обыкновенным риторическим приемом, к которому руководитель «надсмотрщиков за шпионами» (в США конгресс, в частности комитет конгресса по разведке, имеет контролирующие функции в отношении спецслужб) прибег от отчаяния, а с другой стороны — это может быть реальная ставка на то, что американская аудитория воспримет обе угрозы серьезно.

В конце концов, если на карте мира только один из шести американцев может найти Украину и лишь один из четырех может найти Иран, а примерно четверть американских избирателей в возрасте от 24 до 35 лет не уверены в том, что земля имеет сферическую форму, то почему бы не предложить им по-своему оригинальную, свежую и запоминающуюся страшилку о том, что Дональд Трамп может предложить России Аляску в обмен на поддержку на следующих выборах? Будет неудивительно, если даже среди сенаторов США найдутся те, кто или искренне, или по зову партийной дисциплины заявят о том, что Белый дом действительно вот-вот либо оформит дарственную грамоту, либо ведет переговоры с Кремлем о бартерной сделке в формате «Аляска в обмен на компромат на демократов».

А вот в том, что верующие в «слив Аляски» найдутся среди рядовых американских избирателей, к сожалению, сомневаться вообще не приходится. После того как их на протяжении четырех лет буквально из каждого утюга нафаршировывали историями о всесилии российских троллей, хакеров и спецслужб, они поверят и не в такое — вопрос лишь в числе таких избирателей.

Стоит отметить еще одно. Вполне логично будет, если скоро Россию обвинят в том, что понедельничный позорный инцидент в Айове, из-за которого активисты Демократической партии буквально сгорают от стыда в соцсетях, — это «предоплата за Аляску» или как минимум за будущее снятие «крымских санкций».

Парадоксальным образом эпоха активизации борьбы с Россией с помощью попыток дипломатической изоляции и экономических санкций стала эпохой, в которой пиар-машина американской и британской политики начала создавать в англоязычном инфополе образ России как мирового теневого гегемона. У этой медийной и пропагандистской стратегии есть несколько важных последствий. Часть аудитории просто перестает верить в рассказы о том, что наша страна — это замерзающее и разваливающееся «сибирское Зимбабве с ядерным оружием», ибо в голове обывателя возникает уверенность в том, что страна, «организовавшая Brexit» и «избравшая Трампа», по определению и есть мировой гегемон. Более того, судя по реакции наиболее впечатлительной части американской аудитории соцсетей на то, что сейчас происходит в заокеанской политике, они начинают панически бояться именно российского всесилия и видеть агента КГБ едва ли не в каждом политике. У другой части аудитории, которая в большей степени владеет навыками критического мышления, катастрофически падает уровень доверия к американскому экспертному сообществу и средствам массовой информации, что хорошо видно по опросам общественного мнения.

Постепенно эта часть общества вообще перестанет доверять заявлениям СМИ и даже официальных лиц о том, что Россия или какая-то другая страна в чем-то виновата.

Это означает, что через некоторое время американская политическая элита останется с крайне ограниченным набором инструментов управления общественным мнением. В рамках холодной гражданской войны между «глубинным государством» и сторонниками Дональда Трампа главной жертвой стало общественное доверие к самым базовым элементам государственной и общественной жизни. Практика показывает, что в долгосрочной перспективе для страны, в которой потеряно внутреннее единство и доверие к государству, хорошего будущего не может быть в принципе — независимо от того, кто будет президентом. Американцы могут быть спокойны за Аляску, ее вряд ли вернут России. Но если ситуация будет развиваться в том же направлении, это может оказаться слабым утешением для Вашингтона. Не зря президент Трамп сравнительно недавно намекал на то, что внутриамериканский политический конфликт может привести к гражданской войне.