калибры

Как у всякого крупного международного соглашения, у договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) есть аура. Под этим подразумевается некая атмосфера, которую создаёт договор – или, наоборот, её изменяет. Это набор последствий физических и политических при заключении или расторжении соглашения. Это, наконец, такое спорное и подчас эфемерное осознание, кому это соглашение выгодно и в каком отношении.

Аура договора о РСМД была рваной и нервной с самого начала, ещё при его заключении. Но, как ни странно, сегодня, при заявлении Вашингтона о его расторжении, она впервые обретает цельность и ровный тёплый цвет. Да, оранжевый, а не успокаивающий зелёный. Но и не красный, и тем более не кроваво-багровый. Разрушается то, что с самого начала было невыгодно одной стороне. Разрушается по инициативе другой стороны – той, которой договор был выгоден. Начинается новая реальность, в которой кому-то предстоит оказаться потерпевшим. Кому?

Договор как военная реальность

С внутриполитической точки зрения окончательный развал ДРСМД многими аналитиками считается победой помощника президента США по национальной безопасности Джона Болтона. Недаром он и расцвёл, как куст сирени весною, и в Россию приехал в настроении едва ли не игривом. Хотя, в общем, объявлять партнёру о разрыве с ним разоруженческого договора – это, признаем, больше повод для тревоги, нежели для радости.

И дело тут не в русофобии Болтона. Просто дедушка старенький, старенький умом. И не в состоянии ощутить и оценить, что мир больше не вертится вокруг США. Скорее, даже наоборот: это Вашингтон сегодня крутится, как вал дизеля на крайнем Севере, чтобы собрать вокруг себя мировую повестку. Америка напоминает сошедшего с ума клоуна, который нарушил всю программу цирка, выбегая на арену снова и снова, чтобы покорчить рожи или запустить ботинком в пытающегося остановить его шпрехшталмейстера.

С логикой у Болтона тоже неважно. Она такова, в собственном его изложении:

«Ещё пять или даже более лет назад США пришли к выводу, что Россия допускает существенные нарушения Договора о РСМД… Это реальность, с которой мы столкнулись. Как сказал президент, Россия делает то, что, как мы думаем, считается нарушением соглашения, и мы не будем терпеть это, не имея возможности для ответа. Мы не думаем, что выход из соглашения — это то, что создает проблему. Мы думаем, то, что делает Россия, нарушая Договор о РСМД, — вот это проблема. В то же самое время мы видим, что Китай, Иран, КНДР — все они укрепляют свой потенциал методами, которые бы нарушали Договор о РСМД, если бы эти страны были его подписантами… А угроза со стороны Китая реальна… Многие в Европе и на Ближнем Востоке нервничают по поводу потенциала Ирана.»

То есть в переводе на общечеловеческий: «Мы, США, думаем, что Россия нарушает договор, и эта наша мысль и есть реальность. Ещё реальна угроза со стороны Китая, Ирана и других стран, из-за чего те нервничают. А потому мы, США, к каждой бочке затычка, и выходим из договора с Москвой».

Вот из-за такой логики, которая никого не обманывает, на данный момент объявление о выходе США из ДРСМД – личный успех его противника Болтона, но крупное внешнеполитическое поражение Вашингтона. Что ни говори и как ни притягивай Россию, по факту остаётся, что именно США сломали ещё одну опору, на которой базировалось технически мирное время после холодной войны. Наряду с разрывом договора по противоракетной обороне именно Америку будущие поколения – если выживут – обвинят в создании условий для тотальной войны.

Наконец, в ауре договоров, касающихся вооружений, обязательно присутствует военный аспект. Кто выиграл в этом отношении от того, что США выходят из ДРСМД?

Выигрывает Россия

Давайте вспомним, что ограничивал и запрещал Договор по РСМД. Формально СССР и США должны были за три года уничтожить все комплексы баллистических и крылатых ракет наземного базирования. Наземного – подчеркнём. То есть таких комплексов, где у России с её слабым флотом и недостаточной стратегической авиацией было преимущество. Причём это было преимущество непосредственно на возможном ТВД – театре военных действий, так как именно на европейском ТВД имели стратегическое значение ракеты средней (1000–5500 км) и меньшей (500–1000 км) дальности.

Отчего тогда, в 1987 году, руководитель страны Михаил Горбачёв сначала разгромил и обезглавил собственную армию, воспользовавшись инцидентом с посадкой немецкого пилота на Васильевском спуске? А оттого, что военные возражали тогда жёстко и решительно против уничтожения ракет средней дальности. Это уничтожение давало все преимущества Америке, которая держала свои войска прямо у наших ворот в Европе. А нам, для того, чтобы создать хотя бы видимость равной угрозы для США, нужно было заниматься безумно дорогим и, главное, бессмысленным созданием морских и воздушных носителей для ракет, преступно уничтожая то, что и без того было в руках.

В общем, иудушка Горбачёв уселся играть с джентльменами по их правилам. Итог был закономерен: СССР уничтожил 1846 ракетных комплексов на 117 объектах, США — 846 комплексов на 31 объекте. Более того, по личному распоряжению Горбачёва и его – будем называть вещи своими именами – подельника Эдуарда Шеварднадзе, СССР прогнулся перед Америкой сверхинициативно, уничтожив заодно и ракеты ОТР-23 «Ока», которые, с их дальностью в 450 км, вообще под действие договора не подпадали. С учётом же ликвидации ракет ОТР-22 «Темп-С» (1500 км), РК-55 (3500 км), РСД-10 «Пионер», Р-12 и Р-14 (до 5000 км), Советский Союз перед США оказывался голым. Тем более что США уничтожали только три комплекса, размещённых на передовых позициях в Европе, не жертвуя ни флотскими комплексами, ни авиационными. Как заходили эсминцы с ракетным вооружением в Чёрное море, так и продолжали заходить…

И вот теперь США заговорили о выходе из этого несчастного и нечестного договора. Разумеется, Москва постарается извлечь из этого максимальный пропагандистский эффект. И правильно: это ведь Америка поломала ещё один барьер для гонки вооружений. Но справедливости ради следует, конечно, вспомнить, что ДРСМД Москве никогда не нравился. И хотя Россия его не нарушала (исследовательские работы договором не запрещены), но президент Владимир Путин ещё в самом начале своего правления, в июне 2000 года высказался в том смысле, что выйти из него можно в ответ на выход США из договора по ПРО. И позднее негативное отношение к ДРСМД озвучивалось в Москве на самых разных уровнях.

Что же выигрывает и чего лишается Россия в случае, если Вашингтон официально откажется от договора по ракетам средней дальности?

Прежде всего, она ничего не проигрывает. Равновесие в стратегических ядерных силах сохраняется. Более того, с современной ракетной техникой – теми же «Сарматами», например, с гиперзвуковыми боевыми частями – Россия имеет даже известное преимущество над США. За счёт того, что у Америки нет и на ближайшее время не предвидится систем ПРО, которые способны были бы защитить Штаты от «Сарматов».

Угроза со стороны американских позиций состоит в том, что якобы ПРО в Европе тоже остаётся на прежнем уровне: с баз в Румынии и Польше можно будет отстреляться и вполне себе не оборонительными, а ударными крылатыми ракетами. Гарантия против этого только одна, и не случайно Владимир Путин недавно её озвучил: первыми не выстрелим, но ответно-встречный удар гарантируем на том уровне, что враг сдохнет. Так что концепция глобального обезоруживающего неядерного удара США наталкивается всё на ту же неизменную позицию Москвы: жить вы не будете ни при каких обстоятельствах, ибо зачем нам такой мир, в котором не будет России? А уж вам такой мир и вовсе ни к чему…

Что же касается чисто военного ответа на новую выходку США, то его, по мнению грамотных военных экспертов, надо ожидать весьма сдержанным. В новой гонке вооружений ради срочного воссоздания ракет средней и меньшей дальности у России просто нет необходимости. Ну, острой, имеется в виду.

Во-первых, у неё и так имеется известное количество ракет средней дальности корабельного базирования. Имеются в виду корабли классов «Буян-М» и «Каракурт», способных накрыть весь европейский ТВД ракетами «Калибр». Кстати, только что очередной «Каракурт» — малый ракетный корабль «Буря» — был спущен на воду, несмотря на все сохраняющиеся проблемы с двигателями. А поскольку такие кораблики способны перемещаться по рекам в пространстве от Каспия до Балтики, то заранее их обнаружить и отстрелять супостат может даже не надеяться.

Во-вторых, смешливые наши «Искандеры» без особых усилий и перестроек могут быть дооборудованы под размещение ракет большей дальности, нежели нынешние 9М723 и Р-500. Или же на эти ракеты могут быть привешены дополнительные топливные баки, чтобы полетели они на дальность, автоматически разрешённую американцами.

В-третьих, авиационный комплекс «Кинжал», хоть формально и противокорабельный, вполне может отстреляться и по наземным целям. Таковых пока мало, да, — но зато они практически неуязвимы.

Наконец, никто теперь не сможет запретить России развернуть массовое производство и поставку на вооружение гиперзвуковых ракет средней и малой дальности наземного базирования. Этот вопрос из политического превращается в чисто экономический, но всем известно, что когда война на пороге, экономика покорно склоняет голову перед военной необходимостью.

Таким образом, выход США из ДРСМД парадоксальным образом оказывается в целом в интересах России. С моральной точки зрения это избавляет Москву от постыдного пережитка позорного времени. С военной – развязывает ей руки в Европе, автоматически вразумляя её правителей перспективой познакомиться с последней шуткой «Искандеров». Ну, а с политической – одним махом снимает с Европы «американскую» крышу. Потому что одно дело — 5-я статья договора по НАТО, которая то ли сработает, то ли ещё нет, ибо американцы такие джентльмены, что кинут и союзников ради своих интересов. А другое дело – острое жало «Калибра», которое заглядывает прямо тебе в форточку. Иное психологическое состояние, знаете ли. А Европа уже бывала в таковом в 1992–1985 годах, и тот свой страх ещё помнит.