нефть

Перед встречей «нефтяного альянса» в формате ОПЕК+ в Вене сторонники теории о том, что в России все плохо и будет еще хуже, питали некоторые надежды. Связаны они были с тем, что изменения внутриполитической, геополитической и финансовой конъюнктуры в странах Персидского залива — и прежде всего в Саудовской Аравии — сделают невозможным дальнейшее воздействие альянса на нефтяной рынок.

В качестве аргументов в поддержку этих надежд приводили несколько факторов. На некоторые из них наши западные оппоненты указывали открыто, а на другие — кулуарно. Во-первых, западные СМИ, к которым подключились многочисленные финансовые аналитики, начали активно продвигать тезис о том, что после первичного публичного размещения акций саудовской государственной нефтяной компании Saudi Aramco у Эр-Рияда якобы должен появиться серьезный стимул предать коллег по альянсу ОПЕК+, и в том числе Россию. Просто чтобы нарастить собственную нефтедобычу, обеспечить рост стоимости акций компании и, соответственно, повысить ее рыночную капитализацию.

В качестве типичного примера такой логики можно привести цитату из материала Bloomberg под заголовком «Размещение на бирже акций Aramco дает Саудовской Аравии стимул для того, чтобы качать больше, а не меньше нефти».

«Лучший способ, которым королевство Саудовская Аравия может повысить привлекательность любых вторичных продаж акций, — это увеличить доход и прибыль. Это, вероятно, означает увеличение добычи (нефти). <...> Теперь, когда Saudi Aramco наконец станет компанией, торгующейся на бирже, ей придется начать действовать как публичная компания. А это значит, что цена акций государственного нефтяного гиганта будет главным фактором для руководителей и акционеров. <...> Теперь, (когда главное внимание обращено) на цену акции и оптимизацию денежного потока, монархия может заработать благодаря будущим продажам акций, а у Aramco есть основания увеличить свои доходы и прибыль в краткосрочной перспективе. Лучший способ сделать это — нарастить добычу нефти. Это де-факто лидер ОПЕК, и мы можем ожидать, что новые стимулы будут влиять на ее предпочтения в плане действий ОПЕК в будущем», — сообщал нам рупор американского финансового сектора.

Если смотреть на ситуацию цинично и думать об американских журналистах плохо, то их можно обвинить в токсичных стереотипах. Только это может объяснить желание видеть саудовское руководство настолько некомпетентным, чтобы предпочесть краткосрочное улучшение финансовых результатов (притом что оно, скорее всего, не произойдет) перспективам долгосрочного заработка. И это не говоря уже о том, что попытка «залить рынок дешевой нефтью», чтобы убрать с него экономически нерентабельную сланцевую добычу, уже была предпринята в прошлом — и Эр-Рияду результат не очень понравился.

Также следует учитывать еще один важный момент. Акции Aramco пытались разместить на Лондонской или Нью-Йоркской бирже, но риски санкций, ареста саудовских активов, антисаудовские законодательные инициативы американских законодателей (так называемый акт NOPEC, потенциально позволяющий отбирать все акции, до которых смогут дотянуться американские власти) и другие политические сложности привели к тому, что размещение бумаг прошло на саудовской бирже. И в нем в основном участвовали местные граждане, а также инвестиционные фонды из стран Персидского залива и Юго-Восточной Азии. Американские и британские инвесторы — остались в стороне, а западные СМИ на волне «зеленого безумия» и борьбы за сохранение климата активно (хотя и не самым прямым образом) работали над тем, чтобы западные деньги в саудовскую компанию не попали. На этом фоне было бы странным, если бы Эр-Рияд в дальнейшей работе нефтяного альянса ОПЕК + Россия руководствовался логикой своих врагов.

Вторая надежда была на появление дипломатических разломов, скандалов и сложностей в деятельности ОПЕК+. Она была связана с тем, что в Саудовской Аравии сменился министр, ответственный за нефть и за переговоры с Россией, а каждое политическое изменение в странах — партнерах России всегда вызывает у определенной части экспертного и журналистского сообщества на Западе надежду: ура, новые руководители наконец-то увидят, что с Россией дружить и сотрудничать не надо. На практике обычно получается наоборот, что сильно удивляет и расстраивает тех, кто привык жить в «информационном пузыре», в котором Россия «гибнет», ее экономика «порвана в клочья», а сама она находится в «дипломатической изоляции».

Авторитетное финансовое издание The Wall Street Journal пересказывает впечатления своих источников о том, как прошел российско-саудовский диалог на встрече в Вене: «На следующий день принц Абдул-Азиз ибн Салман прервал встречу с производителями из десяти стран, не входящих в ОПЕК, <...> для двусторонней встречи со своим российским коллегой Александром Новаком. По словам источника, находившегося в зале ОПЕК, эти двое стремились преодолеть разногласия относительно освобождения (российской добычи газовых) конденсатов и независимой оценки Россией ее добычи. «Когда они вернулись, они улыбались», — заявил источник».

Результаты переговоров можно считать однозначно позитивными для России. Решение альянса сократить добычу еще на 500 тысяч баррелей в сутки стало сюрпризом для многих аналитиков, но оно было логичным: нужно поддержать уровень цен на нефть в традиционно сложном для нефти первом квартале — 2020 года. «Что касается России, то из этой цифры (сокращения ОПЕК+. — Прим. авт.) дополнительное сокращение добычи <...> составит 70 тысяч баррелей, то есть наша квота будет составлять 300 тысяч баррелей (в сутки) на первый квартал», — рассказал Александр Новак журналистам.

Для сравнения: добровольное (то есть дополнительное к уже существующей доле) сокращение добычи со стороны Саудовской Аравии — 400 тысяч баррелей в день.

Последняя надежда тех, кто очень хочет увидеть «нефть по 20 долларов за баррель» и насладиться сопутствующими экономическими проблемами для российской экспортной выручки, заключалась в тезисе «все, что сможет сократить ОПЕК + Россия, добудут американские сланцевые компании, которые отберут у России и ОПЕК долю рынка и обвалят цену на нефть».

С одной стороны, можно задаться вопросом: почему, если со сланцевой нефтью все так хорошо, сланцевые компании банкротятся одна за другой, а цены на их акции и облигации падают, хотя остальной американский фондовый рынок растет как на дрожжах и ставит рекорды? С другой стороны, можно дать слово самим сланцевым компаниям и послушать, что говорят менеджеры и акционеры тех самых американских сланцевиков, которые находятся прямо в Техасе — эпицентре «сланцевой революции».

Канадский финансовый телеканал BNN Bloomberg сообщает: «Техасские нефтяники, специализирующиеся на новых скважинах в неизведанных районах добычи, после долгих лет закатывания глаз в ответ на мнения сланцевых скептиков теперь говорят, что глобальные аналитики недооценивают, насколько серьезным является замедление роста (сланцевой) отрасли. <...> Международное энергетическое агентство в Париже и Управление энергетической информации (Energy Information Administration) в Вашингтоне по-прежнему прогнозируют устойчивый рост добычи в США в следующем году, несмотря на ужасную реальность на местах. МЭА ожидает увеличение на 900 000 баррелей в день, в то время как ОПЕК прогнозирует один миллион, что будет означать практически повторение роста этого года. Эти прогнозы не согласуются с атмосферой в Техасе, на который приходится около половины объема добычи нефти в США. Производители испытывают недостаток в финансировании, запасы упали, к публичным предложениям (акций и облигаций сланцевых компаний. — Прим. авт.) не было никакого аппетита. Это делает спад потенциально более продолжительным, чем предыдущие».

…Подытожим. Вполне вероятно, что в наступающем году у саудовских и российских министров энергетики, которые будут еще неоднократно встречаться в штаб-квартире ОПЕК+ в Вене, появятся дополнительные поводы для широких улыбок. А у ненавистников российско-саудовского сотрудничества — новые поводы для грусти и обиды.