торпеда посейдон

Давайте будем откровенны: Россия слабее Америки. Не будем даже брать экономику, где разница, увы, в разы. Возьмём чисто военные аспекты. Исключив для остроты понимания «великого уравнителя» — ядерное оружие.

Военный и боевой потенциал сторон конфликта подсчитывается, в общем, быстро и без затруднений. Это азбука.

Мобилизационный потенциал опирается на численность населения. По ней 300-миллионные США обходят нас в два раза, а вместе с Европой как союзником по НАТО и Японией-Кореей-Австралией как союзниками по жизни — в девять-десять: на их стороне где-то около 1 млрд 250 млн народу.

Преимущество в обычных вооружённых силах и вооружениях — тоже значительное. Не подавляющее, но раза в три. По флоту — так и на порядок.

Инфраструктура. У нас армия в общем и целом замкнута в пределах национальных границ. У них — развёрнута по всепланетной сети военных баз, к тому же вплотную придвинутых к нашим границам. Одна лишь иллюстрация: наших стратегических Ту-95 (60 единиц) и Ту-160 (16 единиц) не хватит даже по одному на 10 аэродромов США и союзников, если поставить им стандартную, в общем, задачу нанесения бомбового удара по вражеским базам.

Отсюда вырастает преимущество в доступе к территории противника. Если опять же смотреть по гамбургскому счёту, то необходимо признать сразу: наши флоты из прилегающих акваторий не выйдут. Северный флот будет уничтожен ещё на траверзе острова Ян-Майен — и уж точно не пройдёт все эти Датские проливы и Фарерские острова. Тихоокеанский не вылезет из Японского моря, а если какая (единственная) подлодка и просочится из Авачинской бухты на Камчатке, то опять же — без ядерных ракет на борту она погоды не сделает.

В этом смысле американские возможности превосходят наши уже не в разы и не на порядки, а — бесконечно. Мурманск в двух шагах от члена НАТО Норвегии, Петербург — от члена НАТО Эстонии, Дальний Восток вполне непринуждённо блокируется 7-м флотом и обнуляется с территорий Кореи, Японии (что бы там Токио ни кряхтел насчёт своего нейтрального статуса) и немножко — с Гуама. Из Румынии крылатые ракеты «Томагавк» достанут до Москвы.

Словом, чтобы не строить далее сферического коня в вакууме безъядерного мира, просто завершим сей унылый обзор здравицей в честь русского ядерного оружия.

Проблема первого и последнего удара

Благодаря ядерному оружию мы можем спать спокойно. Действует принцип российской оборонной доктрины: ежели дела даже при конфликте с обычным оружием начнут оборачиваться реальными угрозами существованию, Россия применит ядерное оружие. И они там, супостаты то есть, просто сдохнут, как говорил наш президент.

Однако есть проблема. Супостаты по какому-то недоразумению хотят жить. А потому обращают свои злые умыслы в первую очередь на ядерное оружие. И даже разработали целую концепцию мгновенного глобального неядерного удара, который бы выводил из строя значительную часть русских пусковых ракетных установок, ракетных баз вообще, а также пунктов управления, бункеров, складов — в общем, всего, что положено, чтобы исключить нанесение ответного ядерного удара. А для уничтожения недобитого как раз и нужны будут средства ПРО. Ради каковой стратегической идеи США из договора по противоракетной обороне и вышли.

А сейчас решительно и нагло разрывают договор о ракетах средней дальности (ДРСМД). У кого-нибудь есть иллюзии, ради чего и ради кого это делается? Да, ради Китая. Но Китай не представляет для США экзистенциальной, цивилизационной угрозы. А Россия — эта самая угроза и есть. Во всём своём блеске и величии.

Так это понимают в США.

Отсюда у России — опять же с чисто военной точки зрения — возникают две базовые проблемы. Если, понятно, дело дошло или хотя бы приближается к реальной горячей войне. Первая: исключить нанесение существенного вреда при американском первом ударе. Вторая: исключить выживание США после нанесения ими первого удара.

Нет, никаких зверств и даже мести. Голая прагматика: удавить зверя в его кубле так, чтобы он не смог нанести второго удара. Это даже в интересах человечества: надобно оставить на планете достаточно человеков, чтобы они могли продолжить цивилизацию.

Вот всё это и было одним длинным вступлением для одной короткой фразы: для этого и нужны подводные автоматические комплексы «Посейдон».

Для спасения цивилизации, да.

Что может «Посейдон»?

Про первую гарантию выживания человечества мы уже писали: баллистический ракетный комплекс «Сармат» гуманно сокращает промышленно развитую часть Штатов, после чего выжившая часть населения США погружает воплощение голливудских «постапокалиптиков» в народнохозяйственную практику. И тем самым перестаёт быть докукой человечеству, навязывая ему «демократические ценности» ботинком рейнджера на горле.

Однако напомнивший об этом человекосберегающем ресурсе известный военный эксперт Алексей Леонков параллельно вспомнил о крайне негуманном на первый взгляд оружии — российских подводных беспилотниках «Посейдон». По словам специалиста, 80 процентов населения США живёт преимущественно на западном и восточном побережьях, именно здесь самые густонаселённые районы в стране.

Если в океане возле этих берегов осуществить подрыв почему-то «двухсотмегатонных» ядерных зарядов, то последствия удара станут просто катастрофическими.

Ну, 200 мегатонн — катастрофа, даже если их подорвать в Антарктиде. В своё время в Советском Союзе испытали бомбу в 50 мегатонн. Её «сестрёнка» в виде макета до сих пор хранится в музее города Сарова, где «Царь-бомба» и была создана в 1961 году.

Так вот — только огненный шар от её взрыва достиг диаметра почти в 10 км. Ядерный гриб вырос до 67 километров, а ударная волна трижды обогнула земной шар. И за присутствием научного атеизма в идеологической доктрине тогдашнего государства даже авторы изделия АН602 вознесли хвалу коммунистической партии и лично её вождю Никите Сергеевичу. За то, что государственное руководство не решилось дать им отмашку на взрыв изначально запланированных 101,5 мегатонны…

Нет, понятно: корни мысли про 200 Мт растут из утечек о том, что «Посейдоны» запросто загрузятся зарядом в 100 Мт и весело подвезут его к берегам континента, который три четверти человечества хотят закрыть заново.

Подвезти они смогут: подводный аппарат, погружающийся на 1000 метров и движущийся под водой со скоростью 56 узлов, имеющимися у противника средствами не перехватываем в принципе. А радиус действия в 10 тыс. километров позволяет русским морякам уничтожить базу флота США где-нибудь в Сан-Диего, не отрывая взгляда от дымка над Авачинской сопкой и не отрываясь от чашечки кофе.

Но вот дальше комментаторы в массе своей склоняются к живописанию того, что сделают с Америкой поднявшиеся в результате подобного взрыва цунами.

Можно понять: люди находятся под обаянием справки о назначении изделия «Статус-6» с презентационной картинки, которую будто бы случайно подглядела телекамера через плечо генерала во время совещания по оборонным вопросам у президента. Всем понятно, что смешно даже само предположение о такой случайности на таком мероприятии, а потому авторы комментариев до дрожи прониклись словами: «Поражение важных объектов экономики противника в районе побережья и нанесение гарантированного неприемлемого ущерба территории страны путём создания зон обширного радиоактивного загрязнения, непригодных для осуществления в этих зонах военной, хозяйственно-экономической и иной деятельности в течение длительного времени.»

Спору нет: подавляющее большинство обитателей планеты Земля будет смотреть на такое зрелище с такими результатами заворожённо, удерживаясь от аплодисментов лишь для того, чтобы не потерять деталей зрелища — поглощения волною Белого дома или очередной авеню Нью-Йорка. Но всё же надо признать честно: это будет не гуманно и не избирательно. Это будет именно окончательное решение американского вопроса именно в духе «а они все сдохнут». Иными словами, это последнее оружие последнего часа Судного дня. Когда уже всё потеряно и остаётся только последняя отрада русской души: самою смертью своей отправить на тот свет побольше врагов.

Нет, просто последнее средство сдерживания

Но столь ли романтичными соображениями руководствовались те, кто создавал, а главное — принимал очень дорогостоящее решение о создании такого оружия? Сомнительно.

Для чего же тогда его создали? А это само собою выходит из качеств и свойств «Посейдона».

Что мы видим в этом аппарате? Прежде всего, это его уничтожающая способность. Сто, двести или одна мегатонна — это не принципиально. Принципиально, что это носитель ядерной боевой части. Следовательно, оружие предназначено на случай ядерного конфликта. Или перехода конвенционального конфликта в ядерный.

Второе: его, так сказать, «доставочные» свойства. «Посейдон» доставляет груз под водой, а следовательно — к целям, связанным с военно-морскими силами. От корабельных стоянок до судостроительных заводов.

Третье: «Посейдон» не подвержен тем угрозам, которые противоракетная оборона представляет для межконтинентальных баллистических ракет. Он не подвержен также, что особенно важно в свете разговора о разности военных потенциалов с нашими врагами, опасностям первого обезоруживающего удара. А современная противолодочная оборона любого противника ему не страшна.

Отсюда выявляются две главные задачи для «Посейдона».

Первая — уничтожение военно-морских баз и флотских группировок противника, наносящих или готовящихся к нанесению того самого первого и уничтожающего, пусть даже не ядерного удара по стратегическим объектам России. Даже 100 килотонн под авианосной ударной группой – и она уже никуда не стреляет. И торопится только на дно. Причём для этого подводному беспилотнику даже не нужно самоуничтожаться — кто сказал, что он не может нести парочку торпед со спецбоеприпасом?

Целей для такого удара не слишком много. По оценке специалистов — всего 32 военно-морские базы по всему миру, которые нужно будет уничтожить за раз сразу после первого удара по нам. Забавное, кстати, совпадение: глубина в подводном каньоне на главной базе ВМС США в Норфолке — ровно 1000 метров…

Вторая задача — пребывание в статусе не парируемой жизненной угрозы для противника на случай развязывания им реального ядерного конфликта. Наши читатели помнят, наверное, несколько наших материалов про систему «Периметр», или, в романтическом переложении, «Мёртвая рука». Автоматическая система ядерного обстрела врага, даже если тому удалось критически нарушить функции российского военного и государственного управления. То есть — победы супостату не будет ни при каких обстоятельствах: пусть мы попадём в рай — но он просто сдохнет. В любом случае.

Однако понятно, что на суше угрозы для надёжного функционирования такой системы имеются. Ядерный удар есть ядерный удар. Глядишь, что-то не сработает. А под водой подобных угроз не существует. Поди найди беспилотник в Мировом океане. А если вдруг найдёшь на дне возле Норфолка? Атомную торпеду в него пустишь? Так и исполать тебе!

И вот когда всё это становится отчётливо ясно, мы вновь начинаем понимать, что и в случае с «Посейдоном» гуманизм не изменял ни его создателям, ни санкционировавшему его создание государственному руководству России. Ведь в первом своём качестве такие аппараты являются просто аналогом электронного браслета на ноге приговорённого. Нравится, скажем, президенту США американский флот — пусть тогда позаботится никогда не давать приказа на применение его против России или её союзников. Иначе — бум и буль.

А во втором качестве «Посейдоны» просто становятся элементом системы стратегического сдерживания США. Последним элементом этого сдерживания. И уж если такой инструмент Америку не сдержит — тогда и вопросами гуманизма некому будет озабочиваться…