бомба

Соединенные Штаты с гордостью отчитались об использовании против боевиков в Афганистане сверхмощной неядерной бомбы. Несмотря на широкую огласку события в западных СМИ, военный эффект от применения заряда оказался ниже реальных возможностей бомбы. Впрочем, кажется, что применение Вашингтоном сверхмощного неядерного боезаряда служило больше пропагандистским, нежели военным целям.

Впрочем, в этом нет ничего удивительного, поскольку создаваемые человеческим гением на разных исторических этапах «самые-самые» виды вооружений гораздо чаще предназначались для морально-нравственного подавления противника и снижения его воли к сопротивлению. Начавшись сотни лет назад, такая практика перекочевала и в наше время, где сверхмощные неядерные бомбы могут по праву считаться одним из самых главных инструментов запугивания вероятного противника.

Официально сброшенная на боевиков запрещенной в России террористической организации «Исламское государство» в Афганистане авиационная бомба именуется GBU-43/B. Однако гораздо чаще этот боезаряд называют «Матерью всех бомб». Неудивительно, ведь звучит гораздо более громко и угрожающе. Во всем мире эта бомба считается наиболее мощным неядерным средством в арсенале вооруженных сил США. 13 апреля американцы впервые применили «Мать всех бомб» в действие, сбросив ее на пещерные укрепления террористов в провинции Нангархар. По официальным сообщениям Пентагона, в результате взрыва снаряда погибли более 30 радикалов, а системе укреплений боевиков был нанесен значительный ущерб.

Впрочем, эксперты уже неоднократно заявляли, что применение столь мощной бомбы по очевидно далеко не самому крупному инфраструктурному объекту террористов вполне можно охарактеризовать «пальбой из пушки по воробьям». Однако учитывая, какой информационный шум поднялся из-за применения «Матери всех бомб» и как западные СМИ принялись превозносить мощь «американкой кузькиной матери», думается, что главной целью был все-таки не наносимый террористам военный урон (хотя и этот фактор играл свою роль). Главный и основной мотив, по которым великие империи используют самые мощные образцы своего вооружения, состоит в создании пропагандистского фона и морально-психологическом подавлении не только актуального, но и вероятного противника.

***

К таким методам человечество начало прибегать еще много веков назад. Величина и сила оружия всегда были пропорциональны степени геополитического влияния государства и его мощи. И наоборот. В Средневековье тамошние государства в военных и пропагандистских целях соревновались друг с другом в величине отлитых пушек и размере ядер, которые они могут выпустить. Так, в 1453 году султан стремительно набиравшей мощь Османской империи Мехмед II привел под стены византийской столицы Константинополя огромную армию, главной гордостью которой стала гигантская бомбарда «Базилика», отлитая венгерским мастером Урбаном. Длина огромной пушки превышала восемь метров, а 600-килограммовые ядра из ее жерла летели на расстояние до двух километров.

Кстати говоря, во многом именно для пропагандистских целей русским мастером Андреем Чоховым была создана и знаменитая Царь-пушка с калибром почти 900 миллиметров. Неудивительно, что в боевых действиях она никогда не использовалась. Зато продемонстрировать силу и мощь Русской державы перед иностранцами вполне могла.

Конечно, не стал исключением в этом плане и 20-й век. Впрочем, учитывая две мировых войны, пропагандистский эффект от самых передовых образцов вооружений сравнялся по значимости с военной целесообразностью. Так, осенью 1915 года российские авиаторы со знаменитого тяжелого бомбардировщика «Илья Муромец» сбросили бомбы весом 410 килограммов на немецкие позиции. Во время Второй мировой войны советские войска применили по береговым укреплениям Кенигсберга бомбу ФАБ-5000НГ весом в пять тонн. Не отставали и союзники. Так, осенью 1944 года британцы использовали против немецких промышленных объектов в Западной Германии самый мощный на тот момент боезаряд – 10-тонный Grand Slam, который при сбросе с восьми километров мог проникать в грунт на глубину до 40 метров.

***

Однако наступившая сразу после окончания мировой бойни ядерная эпоха фактически отодвинула бомбы такого рода на второй план. Начавшаяся Холодная война и гонка вооружений сопровождалась ядерной гонкой между СССР и США. Посему главные силы обе сверхдержавы направляли на разработку ядерных вооружений. Казалось бы, эра сверхмощных неядерных боеприпасов в таких условиях должна закончиться, а сами они в скором времени отправятся в утиль. Тем не менее, в начале 1950-х годов в СССР на вооружение поступает девятитонная бомба ФАБ-9000 с 4297 килограммами тротила «на борту», предназначенная для разрушения крупных промышленных сооружений и железнодорожных узлов.

В Соединенных Штатах примерно в то же время на вооружение военно-воздушных сил поступает семитонная бомба BLU-82/B, получившая неожиданное название «Косильщик ромашек». Этот боезаряд активно применялся во Вьетнаме и предназначался не столько для уничтожения живой силы, техники и укреплений противника, сколько для быстрой расчистки местности перед посадкой вертолета в джунглях. Вес взрывчатки в «косильщике» составлял порядка 5700 килограммов, в результате чего от взрыва в джунглях Вьетнама образовывались огромные пустые поля.

Сброшенный американцами на афганских боевиков боезаряд вполне можно считать наследником прошлых поколений сверхмощных неядерных бомб. При этом стоит отметить, что Соединенные Штаты «презентовали» ее еще в 2003 году, продемонстрировав мировой общественности боеприпас GBU-43/B Massive Ordnance Air Blast Bomb (MOAB). 11-тонный снаряд, разработкой которого занималась небезызвестная фирма «Боинг», составляет в длину 10 метров и весит порядка 9,5 тонн. В тротиловом эквиваленте мощность взрыва составляет 11 тонн, что достаточно для того, чтобы стереть с лица земли все живое и неживое в радиусе примерно 140 метров, а также нанести значительный урон всему, что находится на расстоянии полутора километров от эпицентра взрыва.

Как и в свое время с ядерным оружием, российская новейшая сверхмощная неядерная бомба была продемонстрирована спустя четыре года. До сих пор, спустя 10 лет после испытания, неизвестно ни название боеприпаса, ни его разработчики и производители. Впрочем, в неофициальных источниках он фигурирует как Авиационная вакуумная бомба повышенной мощности (АВБПМ). Название, однако, чрезвычайно длинное, а аббревиатура явно плохо выговариваемая. Посему российская общественность недолго думая назвала снаряд «Папой всех бомб».

До сих пор единственной видеозаписью испытания российской сверхмощной бомбы является ролик от 2007 года, показанный по одному из центральных телеканалов. На видео представлено падение бомбы с парашютом и сам взрыв. Кроме того, демонстрируются его последствия: руины дома, обломки военной техники, а также сожженная поверхность земли, больше напоминающая лунный кратер.

Тем не менее, некоторая информация о боеприпасе все-таки имеется. Так, по некоторым сведениям, масса «Папы всех бомб» составляет семь тонн. И несмотря на то, что американский аналог на 2,5 тонны легче, российская бомба в четыре раза мощнее своего «коллеги» из США – 44 тонны в тротиловом эквиваленте против 11. Что касается поражающей силы «Папы всех бомб», то в радиусе 170 метров от эпицентра взрыва происходит полное разрушение конструкций из железобетона, в радиусе 300 метров – практически полное разрушение конструкций, а в радиусе двух с половиной километров взрывная волна способна сбить с ног крепкого взрослого человека.

Стоит отметить, что в единственном имеющемся в свободном доступе ролике про испытание АВБПМ занимавший в 2007 году должность заместителя начальника Генштаба Александр Рукшин заявляет, что бомба по своей эффективности соизмерима с ядерными боеприпасами малой мощности. Вместе с тем генерал отметил, что несомненный плюс от сверхмощных неядерных бомб по сравнению с их атомными «коллегами» в том, что они не загрязняют окружающую среду. По его словам, созданная бомба с успехом может заменить целый ряд разработанных тактических ядерных средств (ТЯО) мощностью до пяти килотонн. Действительно, разрушительная сила «Папы всех бомб» сопоставима с мощностью «Davy Crockett» – одного из наименее мощных тактических ядерных боеприпасов.

Таким образом, сверхмощные неядерные бомбы и тактическое ядерное оружие по сути являются конкурентами, поскольку обладают примерно равной разрушительной силой и могут использоваться при решении схожего спектра задач по эффективному подавлению вооруженных сил противника и причинению тотальных разрушений его инфраструктуре. Во времена Холодной войны и США, и СССР активно наращивали свои ТЯО, прежде всего, на европейском потенциальном театре военных действий. По оценкам военных историков, к концу 80-х годов Москва обладала примерно 15 тысячами единиц тактического ядерного оружия, а в арсенале Вашингтона находились порядка восьми тысяч боеприпасов ТЯО. Таким образом, неядерные бомбы оказались в тени как стратегического, так и тактического ядерного оружия.

***

Однако времена меняются, меняется и характер вооруженных конфликтов. Во времена Холодной войны главным средством сдерживания потенциального противника являлось стратегическое ядерное оружие. Войну между двумя сверхдержавами предотвращало осознание гарантированного взаимного ядерного уничтожения. Московские и вашингтонские стратеги четко знали одно простое правило глобального ядерного противостояния: «кто стреляет первым, тот умирает вторым». Распад СССР значительно снизил накал противостоянии между двумя странами, однако государственный переворот на Украине в 2014 году и стремление американских «ястребов» развязать конфликты по периметру границ России, а также свергнуть дружественные нам режимы в других государствах, вызвали к жизни новое издание Холодной войны.

Тем не менее, военно-политическая конфронтация 21 века, скорее всего, будет значительно отличаться от Холодной войны 1.0. Дело в том, что в то время военные доктрины во многом были основаны на опыте Второй мировой войны, но с учетом начавшейся в 1945 году ядерной эры. Генералы по обе стороны границы продолжали мыслить категориями танковых клиньев и фланговых атак, в которые должны идти уцелевшие после ядерного апокалипсиса подразделения. Глобальный конфликт 21 века вряд ли похож на представления генералов Холодной войны. Новое мировое противостояние, как утверждают многие эксперты, – это цепочка локальных конфликтов. Из победы или поражения в каждой из этих цепочек и складывается общая военно-политическая ситуация для того или иного блока, с позиции которой он и может вести переговоры с противником. При этом противостоящие друг другу коалиции, как показывает пример Сирии, могут и вовсе не находиться в официальном состоянии войны.

В случае «регионализации» глобального конфликта на первый план выходят уже не стратегические, а тактические ядерные силы. Или, вполне возможно, сверхмощные неядерные бомбы. Дело в том, что, с учетом современной специфики ведения войн, было бы крайне глупо в духе хрущевской «кузькиной матери» угрожать оппоненту стереть его с лица земли. В условиях ведения «гибридных войн» и фрагментации глобального конфликта по нескольким театрам военных действий, где противостоящие друг другу коалиции воюют по большей части чужими руками, гораздо более приемлемым было бы нанесение удара тактическим ядерным оружием малой разрушительной силы. Та же сброшенная американцами на афганских боевиков бомба является немногим слабее некоторых образцов тактического ядерного оружия.

Однако дело в том, что тактическое и стратегическое ядерное оружие и 50 лет назад, и сейчас является все-таки не военным, а больше политическим оружием, основная функция которого – демонстрация мощи, а значит, и предотвращение войны. До сих пор, начиная с 1945 года, это политическое оружие прекрасно работало. Работает оно и сейчас: ядерный конфликт в сознании абсолютного большинства людей (как политиков, так и простых граждан) устойчиво ассоциируется с неминуемым глобальным апокалипсисом.

И применить тактическое ядерное оружие в реальных боевых условиях – значит перешагнуть важный психологический и военно-политический рубеж. Дело в том, что использование в вооруженном конфликте даже самых маломощных ТЯО уже переводит его в разряд ядерного. Чисто психологически – это начало слома того барьера страха из-за ядерного оружия, который с горем пополам, но пока еще продолжает удерживать мировые сверхдержавы от желания решить накопившиеся геополитические проблемы путем прямого применения военной силы. Возможно, что именно этот барьер до сих пор отделяет большую часть нашей планеты от превращения ее в одну большую выжженную и непригодную для жизни территорию.

Массовое применение ТЯО в вооруженных конфликтах – это переход Рубикона и начало слома этого барьера страха, начало привыкания к тому, что человечество воюет ядерным оружием, начало осознания этого явления и его принятие. И раз Рубикон уже пройден и человечество перешагнуло неядерный этап в вооруженных конфликтах (пусть пока и в малых «дозах»), то военно-политические круги сверхдержав вряд ли устоят перед достижением своих целей повышать ставки и постепенно наращивать уровень и калибр используемых ядерных боеприпасов. Со временем это может привести к тому, что никто не смутится использовать стратегическое ядерное оружие в качестве последнего аргумента.

comments powered by HyperComments