су-57

Анкара готова приобрести у Москвы самолёты пятого поколения Су-57. Такой вывод можно сделать из беседы президента РФ Владимира Путина и турецкого лидера Реджепа Тайипа Эрдогана на полях Международного авиакосмического салона в Жуковском (МАКС-2019).

Во время осмотра опытного образца отечественного истребителя зарубежный гость поинтересовался по поводу приобретения. В ответ Путин сказал: «Можете купить». Эрдоган стал первым зарубежным лидером, которого подпустили к Су-57. Турецкий президент увидел приборную панель самолёта, которую запрещено публично демонстрировать, и немного пообщался с лётчиком испытателем, пилотирующим машину.

Россия вместо США

Последние месяцы в российских и турецких СМИ неоднократно появлялась информация об интересе, который испытывает Анкара к отечественной боевой авиации. Сообщалось, что турки рассматривают возможность покупки истребителя поколения 4++ Су-35 и упоминавшегося выше Су-57. Сделка с РФ обоснована как военными потребностями, так и политической конъюнктурой.

Соединённые Штаты фактически исключили Анкару из программы своего самолёта пятого поколения F-35. Причиной послужила поставка российского зенитного ракетного комплекса (ЗРК) С-400. Таким образом США решили наказать союзника за отказ выполнять требование отказаться от этой системы ПВО.

Согласно заключённым ранее соглашениям, турецкая промышленность производит около 6% систем и агрегатов, которые используются при сборке F-35. В ближайшее время Вашингтон найдёт замену изделиям, которые выпускала Анкара. Кроме того, американцы заблокировали передачу Турции более 100 истребителей.

Отлучение от программы F-35 стало весьма чувствительным ударом для Анкары. Турция на протяжении десятилетий участвует в производстве западной военной техники. А во второй половине 2000-х годов Turkish Aerospace Industries (TAI) получила лицензию на сборку сверхпопулярных F-16.

Тесное сотрудничество с Западом является для Анкары одним из способов совершить рывок в военно-технической сфере. Турция пытается освоить передовые авиационные технологии, чтобы в не столь отдалённом будущем самостоятельно разрабатывать и выпускать высокотехнологичные образцы вооружения.

Например, с 2013 года TAI создаёт собственный самолёт пятого поколения TF-X. Участие в программе F-35, вероятно, давало турецким инженерам определённый опыт и технологический задел. Сейчас Анкара оказалась лишена источника ценнейших знаний.

На текущий момент ни одна страна мира, кроме США и РФ, не обладает самолётами пятого поколения. Учитывая позицию Вашингтона, у Турции по большому счёту нет возможности выбирать между партнёрами. Поэтому интерес Анкары к Су-57 понятен.

Хотя закупка Су-35 также будет полезной для Турции. Этот многофункциональный самолёт успешно решает задачи завоевания господства в воздухе и поражения наземных целей. На текущий момент данный самолёт приобрёл Китай (24 единицы). В процессе реализации находится контракт с Индонезией (11 единиц). Средняя стоимость одной машины (с комплектом вооружения) составляет чуть менее 100 миллионов долларов.

Су-35 сложно назвать недорогой машиной. Однако среди четвёртого поколения, которое продолжает править бал в мировой авиации, детище ОКБ Сухого можно назвать лидером по соотношению цены и качества. Данная машина отличается неприхотливостью, высокой боевой нагрузкой (8 тонн) и достойным боевым радиусом (1100 километров).

Иными словами, Анкаре имеет смысл освоить высшую стадию развития технологий четвёртого поколения, а потом уже приниматься за пятое. Но, судя по беседе Путина и Эрдогана, Турция рассчитывает на скорый успех именно в сфере пятого поколения.

Велика вероятность, что Анкара попросит Россию о кооперации производства экспортных Су-57. Если контракт не будет носить срочный характер (как это было с С-400), то Москва может согласиться поделиться с Турцией частью технологий.

Контракт на поставку Су-57 станет звонкой оплеухой США. Турция в очередной раз продемонстрирует американцам способность находить альтернативный источник военных технологий. В целом развитие военно-технического сотрудничества (ВТС) с РФ отвечает национальным интересам Турции, которая после мятежа 2016 года пытается уменьшить зависимость от союзников по ЕС и НАТО.

Очевидную политическую выгоду приобретает и наша страна. Тесное партнёрство с Турцией по линии ВТС позволяет Москве демонстрировать отсутствие единства в альянсе. Кроме того, растущая технологическая зависимость Анкары позволяет Москве добиваться от турков лояльности по ряду сложных политических вопросов, включая сирийский кризис.

Угрозы и риски

Несмотря на объективные преимущества, военно-техническое сотрудничество с Анкарой несёт в себе некоторые риски. Турция является не самым платёжеспособным клиентом. Например, Анкара смогла оплатить только половину сделки на поставку четырёх дивизионов С-400, остальные средства были выделены Москвой в рамках кредитного соглашения.

При этом Россия, скорее всего, пошла на уступки по цене за С-400. Общая стоимость контракта составила 2,5 миллиарда долларов, это относительно небольшая сумма за четыре дивизиона ЗРК дальнего радиуса.

Скорее всего, Анкара была не в состоянии покрыть расходы по сделке из-за кризиса, в котором турецкая экономика находится последние годы. Своеобразной лакмусовой бумажкой проблем страны является ослабленный курс национальной валюты. Лира регулярно обновляет рекорды своего падения. Основной причиной стагнации экономики считается потеря интереса иностранных инвесторов.

Отрицательная динамика курса лиры создаёт риски для расчёта в национальных валютах, которые пытается практиковать Россия по линии ВТС, особенно если речь идёт о транзакциях по крупным контрактам. Москва опасается, что американские финучреждения могут попросту заблокировать переводы в долларах.

Небольшой оптимизм внушает тот факт, что расходы Турции на армию постоянно растут. В 2019 году они увеличились на 24%, перевалив за 20 миллиардов долларов (в РФ — 46 миллиардов долларов).

Также при продаже высокотехнологичной отечественной техники за рубеж России необходимо учитывать объём поставок в собственные войска. Неразумно отдавать партнёру (тем более стране-члену НАТО) новейшие самолёты, если в ВКС их совсем небольшое количество.

Согласно коррективам, внесённым в Госпрограмму вооружения, до 2027 года ВКС получат 76 истребителей. Очевидно, что Турции ни под каким предлогом не нужно продавать более крупную партию. Ещё один вариант — поднять цену на экспортный образец Су-57 и договориться о поставках Су-35 с возможностью частичной локализации производства в Турции.

Стоит отметить, что тесное сотрудничество в сфере высоких технологий априори базируется на тёплых политических отношениях. По крайней мере должна быть некая уверенность, что продукт совместных усилий не будет впоследствии использован против одной из сторон. Яркий пример — это, конечно, партнёрство РФ и Индии. Тем не менее, в идеале государства-партнёры по линии ВТС должны входить в один и тот же военно-политический блок.

Сегодня отношения между Москвой и Анкарой кажутся безоблачными. Но аналогичная ситуация была до 24 ноября 2015 года, когда турецкий F-16 подбил российский бомбардировщик Су-24М. С Турцией по-прежнему очень много противоречий, и потому нашей стране необходимо всегда закладывать негативный вариант развития событий, планируя любой совместный проект.