лукашенко

Обстоятельная беседа президента Лукашенко и представителей прессы продлилась несколько часов. Этим «Большим разговором» завершился масштабный пресс-тур, в котором приняли участие около 80 журналистов из 44 регионов России.

Белорусский лидер традиционно уделяет особое внимание российской региональной прессе и старается не упустить возможности для доверительного диалога.

Нет сомнения, что Александр Григорьевич Лукашенко уже много лет является одним из наиболее колоритных политических лидеров на всем постсоветском пространстве. Да что там — пожалуй, во всей Европе! Именно поэтому его встречи с журналистами неизменно вызывают ажиотаж и приковывают к себе самое пристальное внимание. Лукашенко и на сей раз не обманул ожиданий, его монологи и ответы на вопросы как всегда отличались яркой образностью и оригинальностью на грани парадокса.

Свое обещание отвечать откровенно белорусский лидер, пожалуй, сдержал. За время встречи ему было задано несколько десятков вопросов. Александр Григорьевич эмоционально говорил о неравных условиях и взаимных экономических претензиях между Республикой Беларусь и Россией. Тем не менее, размышляя о перспективах политического и экономического развития Белоруссии, президент сделал философский, хотя и не слишком утешительный вывод: В Белоруссии идеального будущего никогда не будет, потому что идеального не бывает нигде, даже в США.

Уже в начале «Большого разговора» Лукашенко анонсировал свою встречу с президентом Путиным и главный вопрос, который будет обсуждаться на саммите. И хотя точная дата встречи пока еще не согласована, она наверняка состоится еще до Нового года.

«Самым главным вопросом будет налоговый маневр, чтобы не было такого, что руководитель сдал Белоруссию за «бочку нефти», — как всегда эксцентрично выразился Лукашенко. Отвечая на жесткий вопрос об угрозе суверенитету Белоруссии со стороны России, он со всей решительностью заявил:

Поделить Белоруссию на области и впихнуть в Россию? Этого не будет никогда.

Однако после этой принципиальной «декларации независимости» предпочел скомкать и замять тему.

Немало времени было уделено вопросам белорусско-российского сотрудничества, строительству Союзного государства, межрегиональному взаимодействию, промышленной кооперации и осуществлению белорусско-российских культурных и образовательных проектов в рамках союзного государства и ЕАЭС.

Особенно интересным и неординарным оказалось высказывание Александра Лукашенко в отношении украинской темы. По мнению белорусского президента, решением конфликта на Украине должны заниматься не США или Европа, а исключительно Киев, Минск и Москва: «… ни Меркель, ни этот парень Макрон не способны ничего сделать и решить. За стол переговоров «мы втроем должны сесть».

Не мог Александр Григорьевич не коснуться и тревожащего его вопроса распространения крайних форм украинского национализма. Но вывод президент Белорусии из этого сделал довольно парадоксальный: «Все боятся, что туда придет НАТО, но мы скоро будем молиться, чтобы там был НАТО, а не отмороженные нацмены с ружьем.»

Честно говоря, последнее высказывание Лукашенко поразило своей парадоксальностью (впрочем, весьма присущей белорусскому лидеру). С одной стороны, по его мнению, российская военная база в Республике Беларусь не нужна, с другой — более страшного геополитического кошмара, чем НАТО на Украине (привет президенту Путину!) невозможно даже представить, не говоря уже о том, что мы должны этому НАТО почему-то молиться.

Непонятным также осталось, кого именно Лукашенко назвал неполиткорректным в своей подлинной коннотации словом «нацмены». То ли Александр Григорьевич стал подзабывать русский язык, то ли просто перепутал представителей национальных меньшинств и националистов.

В общем, «Большой разговор» президента Белоруссии с представителями региональных российских СМИ не оставил цельного и однозначного впечатления. В своих ответах на вопросы журналистов Лукашенко попытался совместить несовместимое, то есть быть откровенным, жестким и решительным и при этом всячески обходить острые углы и неудобные ему места. И это ему, естественно, не удалось. Да и не могло удаться.

В сущности, «Большой разговор» подтвердил то, что хорошо было известно и безо всякого разговора: Лукашенко — крепко стоящий на земле хозяйственник. Однако его типично крестьянской сметки и хитрости, годной для управления колхозом, очевидно, недостаточно для адекватного понимания важности осмысленного и принципиального внешнеполитического курса. Как и того, что внешняя политика не является и не может являться разменной монетой, предоставляющей возможность сидеть сразу на нескольких стульях попеременно, используя это шаткое положение для получения выгодных экономических преференций и сохранения личной власти.