Буран

31 год назад, 15 ноября 1988-го, Советский Союз достиг высшей точки своего технологического развития. В этот день с космодрома «Байконур» стартовал первый советский орбитальный корабль многоразового использования – «Буран».

Полет совершался в полностью автоматическом режиме от момента старта до посадки и продолжался всего 205 минут. За это время корабль успел совершить два витка вокруг Земли, с ювелирной точностью зайти на посадку, напугать ЦУП неожиданным маневром, подвести черту под целой эпохой космического противостояния и заложить фундамент нового этапа американо-советских, а позже – и американо-российских отношений в космосе.

Мечты об орбитальном бомбардировщике

После Второй мировой идея создания космоплана – аппарата, способного летать на орбите как спутник и маневрировать в атмосфере как самолет, – что называется, носилась в воздухе. Первыми реализовать концепцию в металле попытались американцы. В 1957-м компания «Боинг» по заказу ВВС США начала работы над низкоорбитальным разведчиком-перехватчиком и бомбардировщиком. Аппарат получил название X-20 Dyna-Soar (да, в США были любители иксов задолго до Илона Маска).

«Динозавра» довели до стадии массогабаритных макетов, изготовили и протестировали двигатели. Однако в конце концов проект был признан неудачным и закрыт. Тем не менее американские конструкторы выполнили достаточно большой объем научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, чтобы о проекте узнала советская разведка. СССР ответил проектом «Спираль», в рамках которого родился самолет-аналог космоплана Миг-105.11, ласково прозванный из-за необычного силуэта «Лаптем». Этот аппарат провел семь успешных полетов, однако в дальнейшем и эта программа оказалась свёрнута.

Примечательно, что и Х-20, и «Спираль» пали жертвами не столько технических трудностей, сколько самодурства больших боссов. Американскую программу в 1963 году прикрыл глава Пентагона Роберт Макнамара, известный любимчик Джона Кеннеди, совмещавший госслужбу с бизнесом.

Работы же по «Спирали» зарезал пожилой министр обороны СССР Андрей Гречко, который, по воспоминаниям очевидцев, написал на папке с обоснованием проекта: «Это – фантастика. Нужно заниматься реальным делом».

Примечательно, что к тому времени группа конструкторов из КБ Микояна уже создала и испытала летающий прототип корабля, начала разработку керамической теплозащиты и в целом добилась больших успехов. Разработчиков поддерживало командование советских ВВС и несколько профильных министерств. Однако принцип «Я – начальник, ты – дурак» в этот раз восторжествовал.

Виды холодной войны

Тем не менее закрытие первых проектов не отменило интереса к самой концепции космоплана. В военном плане это была очень многообещающая игрушка: корабль мог подняться на орбиту, а проходя над территорией вероятного противника – внезапно войти в атмосферу, сбросить ядерную бомбу и снова уйти в космос. Гипотетически, такой маневр позволял закончить потенциальную Третью мировую одним ударом: уничтожив руководство враждебной сверхдержавы во время национального праздника или масштабного политического мероприятия, не доводя дело до полноценного ядерного Армагеддона.

Примечательно, что возможность нанесения такого удара обеспокоила советское руководство еще в начале 1970-х, когда только стало известно о старте американской программы Space Shuttle. Реальность этих опасений подтвердили сами американцы: в 1985 году один из шаттлов совершил атмосферный «нырок», прошел над Москвой на высоте в 80 км, а затем вновь ушел в космос. Маневр получился столь быстрым и неожиданным, что советские военные просто не успели отреагировать.

Ещё более широкие возможности шаттлы открывали для милитаризации космоса. С их помощью можно было не просто выводить на орбиту военные спутники – с этим неплохо справлялись и обычные ракеты, но челноки позволяли обслуживать и размещенные в космосе системы, а при необходимости спускать их обратно на Землю. Шаттлы могли заняться воровством советских спутников и даже посещаемых станций, – по крайней мере, на такие предположения наводили размеры их грузовых отсеков. Советские же специалисты полагали, что в перспективе космопланы можно будет использовать для орбитальных ударов по авианосным соединениям противника.

шаттл

Естественно, развитие и советской, и американской программ шло в атмосфере милитаристского угара и всепроникающей паранойи. Первый полет шаттла «Колумбия» состоялся 12 апреля 1981 года, ровнехонько через 20 лет после полета Юрия Гагарина. А уже в марте 1983-го Рональд Рейган объявил о реализации «Стратегической оборонной инициативы» – военной программы, прозванной «Звёздными войнами».

Этот проект предусматривал выведение на орбиту сотен военных спутников, орбитальных локаторов и, самое главное, – боевых лазеров. Американские стратеги хотели создать несколько эшелонов ударных космических систем, которые бы перехватывали советские баллистические ракеты на всех участках их полёта: от старта до входа боевых блоков в атмосферу. И вот для строительства этой системы шаттлы подходили идеально.

Впрочем, советские специалисты и до этого не сомневались в военном предназначении челноков. Дело в том, что, завершив программу пилотируемых полетов на Луну, НАСА всеми правдами и неправдами выбивало деньги на новый масштабный проект, который бы позволил сохранить ценные кадры и отношения с подрядчиками. В рамках этой информкампании агентство заявляло, что многоразовые челноки существенно удешевят пуски, и обещало проводить по 60 стартов в год. Однако, в отличие от американских обывателей, советские специалисты вполне могли посчитать расходы на вывод полезной нагрузки шаттлами и сопоставить их с ракетными показателями. И по их прикидкам получалось, что челноки никак не могут быть дешевле обычных ракет. Кроме того, в те годы у США просто не было коммерческих и хозяйственных потребностей в ежегодных 60 пусках. Так что рассуждения о мирном характере программы Space Shuttle начинали выглядеть как информационная завеса – дезинформация с целью скрыть военное предназначение проекта.

Больше, надежней, умнее

Старт работ над «Бураном» был дан в 1976-м. Руководить проектом поставили выдающегося авиаконструктора Глеба Лозино-Лозинского, который ранее создавал космоплан по программе «Спираль» и уже знал, что и как следует делать.

Сказать, что проект был масштабным – это ничего не сказать. Создание в кратчайшие сроки космического челнока потребовало колоссального напряжения сил даже Советского Союза – державы, знавшей толк в гигантомании. Для руководства проектом создали отдельное научно-производственное объединение «Молния». В интересах этого НПО 12 лет работало 1100 предприятий, фабрик и заводов, общая численность сотрудников которых превышала 1 млн 200 тыс. человек. Совокупные расходы на программу превысили 16 млрд рублей (20 млрд долларов). Это примерно два триллиона рублей по современному курсу.

PqOgLsbdl2M

Первоначально корабль создавался как копия американского шаттла. В силу того что законы физики и аэродинамики универсальны, похожими получились и очертания обоих челноков. Затем советские конструкторы отошли от американской концепции и пошли своим путём.

Принципиальная разница между шаттлами и «Бураном» – в том, что американцы установили маршевые двигатели непосредственно в сам челнок. Корабль посадили на гигантский топливный бак, а по бокам прикрепили два твердотопливных ускорителя. Советские конструкторы сделали по-другому: отдельно создали космоплан, отдельно – ракету-носитель, способную доставить его на орбиту. Поэтому советскую программу правильнее называть «Энергия-Буран», и первое место в ней как раз принадлежит ракете.

Различная архитектура привела к совершенно разным эксплуатационным возможностям кораблей. Американские шаттлы получились экономичнее: после каждого рейса корабль привозил на Землю самое дорогое – двигатели и систему управления. У «Бурана» с этим были проблемы. Ракета «Энергия» массой 2400 тонн была одноразовой, а потому эксплуатация «Бурана» должна была стать чудовищно затратной даже по сравнению с американскими шаттлами.

буран

Однако и плюсы такого решения были существенными. Во-первых, «Буран» не был перегружен многотонными маршевыми двигателями, а потому имел на треть большую грузоподъемность, чем американский «кузен». Во-вторых, в освободившееся место советские конструкторы поставили атмосферные и космические двигатели, позволявшие советскому челноку выполнять такие маневры, о которых американцы не могли и мечтать.

Кроме того, конструкция «космоплан плюс ракета-носитель» оказалась куда более гибкой, чем челнок, посаженный на огромную бочку с топливом. «Энергия» была самостоятельным изделием, а потому могла использоваться для выведения на орбиту не только челноков, но и других полезных грузов массой до 100 тонн. Так, в 1987 году с её помощью СССР отправил в космос экспериментальный лазерный излучатель – аппарат «Полюс».

Преимуществом такого решения было и то, что даже на взлёте при возникновении аварийной ситуации корабль мог отсоединиться от ракеты и вернуться на космодром своим ходом. Шаттлы такой возможности были лишены.

Вообще, советские конструкторы намного более ответственно подошли к вопросам надёжности и безопасности. Корабль получил два бортовых компьютера, каждый из которых имел четырехкратное дублирование систем. На совсем крайний случай «Буран» оснастили катапультируемыми креслами для всех членов экипажа. При этом покинуть корабль можно было и на стартовом столе, и на высоте 20 км. У американских челноков катапультируемые кресла стояли только на двух первых шаттлах и только у пилотов. 14 астронавтов расплатились своими жизнями за эту беспечность: в январе 1986-го катастрофа «Челленджера» унесла жизни семерых членов миссии STS-51L, а в феврале 2003-го шаттл «Колумбия» погубил ещё одну команду такой же численности. Попади «Бураны» в похожие ситуации – велика вероятность, что космонавты остались бы живы.

Из прошлого в будущее

Свой первый и последний полёт советский челнок совершил 15 ноября 1988 года. Стартовав сквозь зимний шторм, корабль в полностью автоматическом режиме вышел на орбиту, совершил да витка вокруг планеты и вернулся на космодром. При заходе на посадку компьютер учел метеорологические условия – и совершенно неожиданно для людей в ЦУПе заложил крутой вираж. Корабль развернулся на 180 градусов и зашел на посадку с направления, противоположного тому, что было предусмотрено изначально. Проведенное позднее расследование показало, что бортовой компьютер принял самое оптимальное в тех условиях решение.

d38VOwlpRI4

Многие считают, что единственный полёт «Бурана» стал эпохальным провалом, торжеством техники над здравым смыслом и экономическими возможностями страны. Но так ли это?

Среди экспертов, непосредственно знакомых с международной ситуацией тех дней, бытует мнение, что полёт «Бурана» оказался последним гвоздём в крышку гроба «Стратегической оборонной инициативы». Американское руководство осознало, что Пентагону не удастся спокойно оккупировать околоземное пространство. Вместо беспроблемного занятия орбитальных высот перед Вашингтоном встала перспектива ещё одной космической гонки с весьма неясными шансами на успех. Полёт советского челнока отрезвил Рональда Рейгана, и политик, ранее объявлявший СССР «империей зла», сбавил обороты и согласился разговаривать с Михаилом Горбачевым не с позиции силы, а исходя из взаимного признания интересов. Другое дело, что советский лидер и его окружение так и не смогли использовать этот перелом настроений.

Так что расходы на программу «Бурана» нужно сравнивать не с затратами на коммерческие или научные проекты, а с тратами на строительство военных флотов, разработку и создание межконтинентальных баллистических ракет, атомных подлодок или же гиперзвукового оружия, если уж мерить современной меркой.

«Буран» мог бы найти применение, если бы сверхдержавы продолжили космическую гонку, строили орбитальные станции и отправляли миссии к Марсу и Венере. Возможно, если бы СССР выжил, сейчас модернизированные и улучшенные «Бураны» садились бы на лунный космодром или несли учёных к Юпитеру. Но в реалиях однополярного, а затем и многополярного мира эти сверхусилия стали попросту не нужны.

Есть ли у «Бурана» шанс на возрождение? Большинство экспертов считают, что нет. По мнению нынешних космических разработчиков, будущее, скорее всего, принадлежит небольшим аппаратам, умеющим выводить на орбиту несколько тонн полезной нагрузки. Однако есть и другое мнение – согласно ему, как раз небольшие корабли и не имеют значимых перспектив. В противном случае мы бы давно видели на стартовых столах и у стыковочных люков МКС российские «Клиперы» и европейские «Гермесы». Однако небольшие грузы по-прежнему удобно доставлять на орбиту ракетами.

Главной проблемой «Бурана» было отсутствие возвращаемой ракеты. Но благодаря усилиям инженеров американской компании SpaceX несколько лет назад эта проблема была решена. И вряд ли пройдет много лет, прежде чем у России появятся свои аналоги «Фальконов», а это значит, что ключевое техническое препятствие для возрождения проекта будет снято.