Борис Джонсон

«Британцы вынуждены сбавить обороты и в чем-то отыграть назад». Такими словами политологи описывают неожиданные заявления Лондона, касающиеся дела Скрипаля. Глава МИД Соединенного Королевства неожиданно согласился на участие Москвы в расследовании этого инцидента. Что произошло и как трактовать эту уступку?

Инспекторы из Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) в понедельник приступили к взятию образцов отравляющего вещества на месте инцидента в Солсбери, английском городе, где жил бывший полковник ГРУ Сергей Скрипаль.

«Инспекторы прибыли в Великобританию, чтобы начать расследование, – отметило агентство «Рейтер» со ссылкой на дипломатический источник. – Великобритания попросила базирующуюся в Гааге организацию провести независимое исследование образцов в своих лабораториях».

О прибытии делегации ОЗХО сообщил глава МИД Великобритании Борис Джонсон. Группа встретится с представителями лаборатории английского минобороны, а также полиции. В британском МИДе пообещали передать образцы в международные лаборатории «с высокой репутацией», которые будут отобраны самой ОЗХО для тестирования. Но анализ займет как минимум две недели.

Накануне Борис Джонсон неожиданно заявил, что Великобритания все же хотела бы вместе с Россией расследовать дело Скрипалей, а заодно и гибель Николая Глушкова. «Мы бы хотели сотрудничества с Россией по этому вопросу в ближайшие дни», – цитировало его РИА «Новости».

Воскресное заявление Джонсона многие восприняли как уступку России. Ведь именно этого все время скандала и требовала Москва: задействовать ОЗХО и допустить российских следователей к расследованию. Кроме того, именно этого требовала и британская оппозиция. «Должны быть предприняты действия через Организацию по запрещению химического оружия (ОЗХО) вместе с нашими союзниками», – заявлял сразу после принятия британским правительством решения выслать российских дипломатов лидер британской оппозиции лейборист Джереми Корбин. Он призывал сперва дождаться итогов расследования и четких улик виновности российских властей.

А другой британский политик – Крейг Мюррей – и вовсе подвергся травле из-за того, что посмел поставить под сомнение официальную британскую версию (он полностью отрицал обвинения правительства в адрес России и указывал на находящиеся в них логические нелепости).

Может быть, все эти аргументы в итоге все-таки были услышаны?

Член комиссии ООН по химическому и биологическому оружию (1998–2003 гг.), химик Игорь Никулин согласен, что британцы изменили свою позицию.

«Они заявили вначале, что никакие международные законы им не писаны. Теперь они все-таки решили, по-видимому, привести свою позицию в соответствие с международным правом. Вспомнили, что Великобритания тоже подписывала Конвенцию о запрещении химического оружия, поэтому у них тоже есть международные обязательства. В частности, они обязаны проинформировать ту страну, которую они считают виновницей, и международную организацию, которая занимается контролем такого рода происшествий», – рассказал он.

«Англичане думали, что это как-то повлияет на выборы в России. Видя, что это повлияло явно не в их пользу, по-видимому, они теперь будут пытаться конфликт спустить на тормозах», – предположил собеседник.

«Две недели они пребывали в состоянии истерики, но сейчас они уже вроде бы могут вменяемо рассуждать, – отметил Никулин. – То, что этот вопрос введен в правовое русло, я считаю положительным моментом, который говорит о некоем появлении здравого смысла во всей этой истерии».

«Заявления с почти полной уверенностью в том, что Россия замешана в этом преступлении, которые делали раньше Борис Джонсон и Тереза Мэй, были восприняты неоднозначно в Евросоюзе. Многие считали в Германии, Франции, да и собственно в Великобритании, что такая безапелляционность при отсутствии какой-либо информации подрывает британскую позицию, – сказал гендиректор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов. – Все же помнят, как дело обстояло в 2003 году, когда Тони Блэр сказал примерно в тех же формулировках, что есть значительная доля уверенности в наличии у Саддама Хусейна химического оружия. И чем дело кончилось? Поэтому сейчас британцы вынуждены сбавить обороты и в чем-то отыграть назад».

Кортунов также напомнил, что Великобритания взяла на себя юридические обязательства, будучи участницей Конвенции по запрещению химического оружия. «В Британии есть грамотные юристы, которые понимают, что взятые обязательства нужно выполнять», – напомнил Кортунов. Эксперт допускает, что британское правительство ощутило определенное давление со стороны профессионалов из спецслужб, понимающих, что без сотрудничества с Россией докопаться до истины будет очень трудно.

«Все-таки британская общественность желает найти виновных и не допустить повторения подобной ситуации. Поэтому, может быть, профессиональное разведывательное сообщество тоже выдвинуло свои требования, которые были учтены Джонсоном», – предположил Кортунов.

«Все это, разумеется, не означает, что сотрудничество с Россией по факту получится. Оно может быть обставлено рядом условий, которые будут неприемлемы для Москвы. Во-вторых, в любом случае сотрудничество с Россией будет очень дозированным», – уверен Кортунов.

«Вряд ли они предоставят всю информацию, поскольку уровень доверия между странами ниже нуля. У британцев будут подозрения, что любая предоставленная ими информация будет использована во вред их интересам», – напомнил российский политолог.

В свою очередь Никулин не исключил, что британцам все же есть что скрывать, они неспроста так долго выжидали, прежде чем пригласить специалистов из ОЗХО. «Могли и подчистить следы, и что-то подложить туда, что-нибудь сфальсифицировать. Если две недели прошло, то следы этого вещества могли уже и распасться. По естественным причинам, без всякого злого умысла», – рассказал химик.

Кстати, сама английская печать не обратила никакого внимания на корректировку позиции Лондона. Зато она сообщила, что в связи с делом Скрипалей полиция может эксгумировать тела российских бизнесменов, обстоятельства смерти которых были признаны подозрительными: Бадри Патаркацишвили и Александра Перепеличного. Ранее глава МВД Эмбер Радд высказалась за повторное расследование 14 смертей российских или бывших российских граждан, произошедших на британской земле. Знакомый Патаркацишвили заявил газете Express, что, так как токсикологическая экспертиза тела бизнесмена не проводилась, теперь эксгумация должна быть проведена. Источник в окружении Перепеличного сообщил изданию, что анализ на выявление яда при вскрытии также не проводился. Следовательно, и тут возможна эксгумация.

По делу Глушкова уже в понедельник стало известно, что полиция не нашла никаких следов взлома на двери его дома. Но расследование продолжается, полиция Лондона заявила, что уже собрала аж 400 улик по этому делу, причем его ведет управление по борьбе с террором.

Эти новости привели наших экспертов в недоумение. «Формально придраться не к чему: это право британцев поднимать те дела, которые они считают нужным, – сказал по этому поводу Андрей Кортунов. – Но меня беспокоит, что вокруг дела Скрипаля наворачиваются другие истории. Это значит, разобраться во всем будет труднее. Каждое дело о сомнительной смерти или покушении надо рассматривать отдельно. Надеюсь, что не будет никаких оснований для того, чтобы связать смерти Перепеличного, Патаркацишвили и так далее – и дело Скрипаля, но само совпадение эксгумации, конечно, наводит на некоторые подозрения, не хотят ли британцы все свалить в одну кучу и предъявить претензии российским спецслужбам?»

Напомним, отец и дочь Сергей и Юлия Скрипали подверглись в Солсбери 4 марта воздействию нервно-паралитического вещества. Их обнаружили без сознания. Оба остаются в больнице в критическом состоянии. Британия обвинила Россию в причастности к отравлению, но доказательств не представила. Россия обвинения отвергает. Ранее многие британские пользователи соцсетей резко осудили слова Джонсона о том, что президент Владимир Путин якобы лично «принял решение» об отравлении Скрипаля.