сирия

Сирийские правительственные войска продолжают наступление на позиции ИГ. Шестого августа был освобожден оазис Сухна, и теперь для них фактически открыта дорога на Дейр-эз-Зор, где гарнизон правительственных сил уже много лет находится в осаде. Одновременно с этим части сирийских войск продвигаются к Дейр-эз-Зору с севера, вдоль берега Евфрата.

Собственно, ситуация очень напоминает 1944 год — подразделения врага еще способны оказывать какое-то сопротивление, но стратегически изменить расклад им уже не под силу. Деблокада Дейр-эз-Зора и военная победа над ИГ являются лишь делом времени.

Повоевали, теперь поговорим

Однако после того как ИГ будет повержено, почивать на лаврах не получится — сирийским властям придется решать две другие проблемы на пути восстановления контроля над страной: курдскую и «оппозиционную». И если с курдами что-то предсказать достаточно сложно (слишком много переменных, слишком много влиятельных игроков вовлечено в ситуацию), то вот с сирийской оппозицией ситуация проще.

Изначально Дамаск предполагал, что вопрос с потерявшей все надежды на победу оппозицией можно будет решить дипломатическим путем — через переговорный процесс и вовлечение этих структур в общественно-политическую жизнь Сирии на правах «почетно проигравших».

Именно об этом шли переговоры в Астане и именно там согласованы четыре зоны деэскалации — на юго-западе, в районе Дамаска (Восточная Гута), Растанский котел между Хомсом и Хамой, а также провинция Идлиб. Целью зон был режим перемирия (дабы «умеренные» боевики не отвлекали Асада от наступления на исламистов), а также начало нормального переговорного процесса. Первые две зоны уже функционируют, третья была запущена на днях.

А вот с четвертой возникли проблемы. На просторах Идлиба — самой большой и сложной из этих зон — началась настоящая гражданская война между боевиками. Изначально планировалось, что «воплощать» планы диалога будет отчасти подконтрольная Турции «Ахрар аш-Шам», однако она была повержена группировкой «Ан-Нусра» (теперь она называется «Хайят аш-Шам»), которая отбила сам город Идлиб, ряд других населенных пунктов провинции, а также КПП на границах с Турцией. Лидер «Аль-Каиды» Айман аз-Завахири уже призвал боевиков к единству. «Избегайте войны среди моджахедов, ибо это не ведет ни к чему, кроме провала, неизбежной деградации и потере сил в этом мире, а также наказания в грядущем», — заявил террорист. Однако «Нусра» (являющаяся формально частью «Аль-Каиды») этот призыв отвергла, и теперь ее никто не осудит, ведь она победила.

Успехи «Нусры» объясняются сочетанием грамотного планирования, воинского профессионализма и пиара. «В руководстве группировки сидят профессиональные боевики, поэтому они изначально занимали все важные пункты в провинции быстрее и умнее, чем «ахрары». Они изначально установили контроль над военными базами, нефтяными месторождениями, а также сетью КПП, с которых было удобно контролировать всю логистику с провинции», — говорит РИА Новости специалист по Ближнему Востоку, эксперт Российского совета по международным делам (РСМД) Антон Мардасов.

Кроме того, в пользу «Нусры» отчасти сыграли и мирные переговоры между частью оппозиции и Асадом. Ведь, в отличие от «коллаборантов», боевики «Нусры», по словам Мардасова, «создали себе имидж настоящих защитников суннитов, которые не ведут ни с кем переговоры», и эта позиция нашла понимание среди отдельных отрядов боевиков, не готовых к компромиссам с Асадом. Сейчас привлекательность «Нусры» как победителей уже усилилась, и она активно поглощает группировки провинции (даже те, кто идеологически далек от идеологии «Аль-Каиды», частью которой и является «Нусра», а также те, кто воевал против нее). Собственно, она уже настолько усилилась, что даже начала наступление на позиции правительственных сил в Хаме. И, как ни странно, это выгодно сирийским властям.

Что еще с ними делать?

Да, с тактической точки зрения Дамаску это наступление не нужно, поскольку оно отвлекает сирийские силы от наступления на восток. Однако, как уже было сказано, сирийские власти думают о том, как решать проблему с Идлибом. Дамаск не устраивает план ведения политического диалога с боевиками, они очень бы хотели решить проблему Идлиба ровно так же, как решили проблему Алеппо, — то есть через военную операцию. А для ее обоснования Дамаску, как верно отмечает арабист из Высшей школы экономики Леонид Исаев, выгодно, чтобы в Идлибе доминировала террористическая «Нусра», а не условно-рукопожатные турецкие клиенты — «ахрары».

Отчасти (именно отчасти — там были и другие цели) поэтому сирийские власти и «Хезболла» даже помогали «Ан-Нусре» подкреплениями. В частности, в Идлиб выводятся подразделения этой группировки, которые расположены в анклавах на территории Сирии (например, возле ливанской границы), а также на территории Ливана. Таким образом в Идлиб прибыло множество сторонников этой организации (только из Ливана, по данным «Аль-Джазиры», приехала тысяча бойцов). И теперь, когда усилившаяся «Нусра» взяла под контроль Идлиб, Дамаску и Тегерану (который тоже не в восторге от идеи договариваться с врагами) будет гораздо проще убедить Москву в необходимости начала военной операции.

Вернув под контроль Ракку и Дейр-эз-Зор, Башар Асад очень сильно укрепит свои позиции. Во-первых, под его контролем окажутся сельскохозяйственные угодья Ракки и нефтяные месторождения Дейр-эз-Зора. Во-вторых, у него будет выход к иракской границе, через которую ему в нужный момент будут отправлены подкрепления из подконтрольных Тегерану «иракских добровольцев». В-третьих, он сможет сосредоточить все имеющиеся войска против Идлиба. Но очевидно, что без российских ВКС Идлиб не взять, по крайней мере, быстро.

Турецкий интерес

Анкара не в восторге от того, что ее клиентов в Сирии заменили дикие боевики, ведь под угрозой репутация Турции. «Турки отвечают за эту территорию — как за режим прекращения огня, так и за борьбу с терроризмом. А после того как «Нусра» взяла Идлиб, встал вопрос о том, способны ли турки выполнять свои обязательства. Выполнение турецких обязательств иранцами или русскими туркам не нужно, поэтому они должны оперативно навести порядок в Идлибе собственными силами. Тогда, возможно, они могут усилить свою позицию до того, как начнется реальный политический процесс по определению будущего Сирии», — говорит Леонид Исаев.

Вопрос в том, как туркам это сделать? Можно усилить и перевооружить разбитых «ахраров», возможно, даже усилить их турецким спецназом. Это сложно, ведь протурецкие боевики деморализованы, да и Нусра с ними не церемонится. Можно организовать полномасштабное вторжение турецких войск, но это еще сложнее — непонятно, как к такому вторжению отнесутся Россия и Иран, не посчитают ли они это срывом джентльменского соглашения (которое, напомним, союзники благородно заключили с Турцией, позволив ей — проигравшей стороне в сирийском конфликте — выйти из него без потери лица и присоединиться к победителям в рамках триумвирата).

Есть, конечно, еще один вариант — организовать вторжение в Идлиб группировки оппозиции, которая сейчас располагается на подконтрольной Турции территории Северной Сирии. «Возможно соединение зоны «Щита Евфрата» с зоной Идлиба через территорию, которую сейчас контролируют курды. Поэтому туркам нужен коридор через восточную часть Африна, а заодно ввести свои подразделения в Идлиб», — говорит Мардасов. Проблема в том, что для этого нужно напасть на курдов, которые являются союзниками США и которых американцы туркам запрещают трогать. «Проблема в том, что наступление, пусть даже на арабские поселения, но формально контролируемые курдами, будет воспринято как операция против всего кантона. В таком случае курды — союзники американцев могут приостановить операции в Ракке и Дейр-эз-Зоре и тем самым сорвать планы США», — заключает Мардасов.

comments powered by HyperComments